«Мы, откровенно говоря, побаивались прокуратуры»: полковник МВД о работе при генпрокуроре Александре Сухареве

В воскресенье, 7 марта, в возрасте 98 лет скончался бывший генеральный прокурор СССР Александр Сухарев, сообщает пресс-служба Следственного комитета. Александр Яковлевич занимал этот пост с мая 1988 года по октябрь 1990 – практически до краха Советского союза. Сухарев прошел всю Великую Отечественную войну, а после ее завершения работал в структурах юстиции.

Глава СКР Александр Бастрыкин назвал уход Сухарева «невосполнимой утратой для учеников, коллег, последователей и боевых товарищей».

Полковник МВД в отставке Евгений Черноусов разговоре с «Вашими новостями» с теплом вспоминает Александра Сухарева и ставит советскую оперативно-следственную деятельность в пример сегодняшней системе.

 – С Александром Яковлевичем я встречался в составе других членов следственно-оперативных групп, сформированных из следователей Генпрокуратуры и главного уголовного розыска, – вспоминает Черноусов. – Такие группы создавались для раскрытия серийных убийств и других громких преступлений, которые совершались в различных регионах союза. Мы впитывали все лучшее и действительно у него учились. Преемственность, которая была между старшим поколением и нами, соблюдалась.

В заслугу Александру Яковлевичу отставной полковник ставит в первую очередь работу с кадрами, а во-вторых, контроль и дисциплину. Про коррупцию в структурах Генпрокуратуры или МВД во времена Сухарева и не слышали.

– Был тщательный подбор кадров – в Генпрокуратуру, МВД и спецслужбы брали лучших из лучших. Это сказывалось на раскрываемости преступлений, – заметил Евгений Черноусов. – Профессионализм при Александре Сухареве был превыше всего. В то время не было практически никаких разговоров о коррупции или взяточничестве в Генеральной прокуратуре или центральном аппарате МВД СССР.

Следственному комитету РФ всего десять лет. При Сухареве это была структура Гепрокуратуры. Разделение произошло в рамках реформы следственных органов в 2011 году.

– При Генеральной прокуратуре, а также при региональных и республиканских отделениях действовали главные управления по расследованию уголовных дел. Они занимались расследованием дел особой важности. По сути следователи Генпрокуратуры были главными следователями в СССР, – напомнил Черноусов.

К контролирующим функциям прокуратуры во времена Сухарева не было столько вопросов, как сегодня, подчеркивает полковник, хотя часто следственно-оперативной деятельностью и надзором занимались разные структуры одного ведомства. Заметим, сотрудников СК, прокуратуры и даже судов сегодня часто упрекают в сращивании и кулуарных договоренностях.

– У меня было крупное дело в Средней Азии, – вспоминает Черноусов. – Я как начальник отдела внутренних дел, откровенно говоря, побаивался своего прокурора. И это было повсеместно. Тогда не было случаев сращивания надзирающей структуры прокуратуры с милицией или спецслужбами, как это часто происходит сейчас. С этим было строго, и все занимались своими функциями. Прокуратура была грозным орудием – они могли прекратить уголовное, издать постановление об отказе от возбуждения. Они следили за законностью с особой предвзятостью.

Кроме того, отставной полковник и действующий адвокат Евгений Черноусов критикует сегодняшнюю процедуру заключения обвиняемых под стражу. Попадание под арест практически гарантирует обвинительный приговор, отмечает он.

– Сегодня суды избирают меру пресечения на основании ходатайства следствия, которое утверждает прокуратура. Если суд арестовал, как адвокат вам говорю, это почти стопроцентно означает, что будет обвинительный приговор – иначе это незаконный арест. Раньше же прокурор мог в любое время изменить меру пресечения, если ему убедительно доказать. Сейчас это бесполезно – отсюда появляются невиновные. Тот порядок, который был в СССР, предусматривал больше порядка и законности. И никаких привилегий даже для следователей прокуратуры со стороны тех, кто осуществляет надзор, не было.