Адвокат Мхитаряна: в 33 году нашей эры Синедрион вынес неправосудный приговор

В Новгородском областном суде сегодня продолжились прения в ходе рассмотрения жалобы Тельмана Мхитаряна. Выступил известный адвокат Юрий Новолодский.

В начале своей речи он поздравил судей с праздником Крещения. И это был не единственный религиозный мотив в его речи. В 33 году нашей эры, встречая человека, входящего в Иерусалим, люди устилали ему путь пальмовыми ветвями и кричали «Осанна!». А через неделю кричали «Распни его!», и Синедрион и Пилат вынесли неправосудный приговор, основываясь на общественном мнении, что недопустимо.

В деле Мхитаряна следователь, по словам Новолодского, изобрёл новый вид доказательстваобщественное мнение. Обвинительное заключение с этим доказательством утвердил замгенпрокурора Гуцан, доводы обвинения принял суд, и в приговоре шесть раз упоминается «общественное мнение», которое считало Мхитаряна лидером организованной преступности. Обосновывать обвинение ссылками на сложившийся в массовом сознании имидж Мхитаряна нельзя, и свидетелей, дающих показания на этот счёт, суд вообще не должен был допрашивать. Поскольку они никак не относятся к делуобвинению Тельмана Мхитаряна в вымогательстве акций «Спектра» и «Новгородхлеба». Адвокат позволил себе зачитать стишок собственного сочинения, начинающийся словами: «Зайка бросила котят – это Тельман виноват»:

- Кто-то в горпрокуратуре лифт за..л до потолка
Это Тельмана рука.

Доказав стихами, что лучше ему всё же заниматься юриспруденцией, Юрий Михайлович заметил: пункт 6.1 статьи 389.13 УПК РФ, который гласит, что в суде второй инстанции принимаются доказательства не исследованные в первой только если они не были рассмотрены по уважительным причинам, неконституционный. Он привнесён в УПК из гражданского производства и должен быть отменён, поскольку дело судейвыяснять истину. А именно на основе этого, пункта, по словам адвоката, суд второй инстанции отклонил многие ходатайства защиты.

Защита полагает, что угрозы со стороны Мхитаряна в адрес Афанасьевой и Бондарук не доказаны. Что если и имело место преступление, то не вымогательство, а принуждение к сделке – так как в обоих случаях акции у потерпевших были куплены. Эксперт, которая вынесла заключения по этим сделкам, не имела, по мнению защиты, квалификации для оценки ценных бумаг. Срок давности за принуждение к сделке давно истёк. Судья районного суда приговорил тяжелобольного человека к пожизненному, по сути, заключению, не учитывая, как этого требует закон, состояние его здоровья. Не секрет, что суды подыгрывают обвинению, но нужно же знать меру! Судьям надо показать, кто в доме хозяин, а не обслуживать интересы обвинения. Будут соответствующие обращения в парламент, Совет судей, в Администрацию президента. Если кому-то так важно это дело, которое защита считает заказным, пусть его вернут в суд первой инстанции, изменив для подсудимого меру пресечения.

- Я надеюсь, что обещание одного из судей о справедливом приговоре будет выполнено, -закончил адвокат.

Обвинитель Наталья Тимофеева заметила, что ссылки на «общественное мнение» приводятся не в качестве доказательства, а чтобы охарактеризовать фактические обстоятельства. То, что Афанасьевы были запуганы обвиняемым, подтверждается показаниями свидетелей, самим фактом срочного отъезда Афанасьевых на жительство в Марокко. Сразу же после смерти директора «Спектра» его жене вместе с выражением соболезнований было сказано, что «все вопросы, связанные с предприятием, будут решать эти люди». Совершено было именно вымогательство, так как результатом была не сделка, а отъём имущества. Эксперт имела соответствующее образование, чтобы давать заключение по акциям.

Затем выступил обвинитель Артур Кокоев по эпизоду «Новгородхлеба». Когда он начал выступать, из новгородского СИЗО донёсся голос с сильным армянским акцентом:
- Под нос себе говорит, ничего не слышно.

Обвинитель стал говорить громче и сказал, что Бондаруки также были запуганы, это подтверждают свидетели. Они были вынуждены продать акции по заниженной цене. Магазины, которые получили Бондаруки, они получили не в обмен на акции, это совершенно другая сделка.
Затем Наталья Тимофеева сказала, что поскольку срок давности по делу «Спектра» истёк, то обвинение требует изменить приговор Тельману Мхитаряну, и вместо 13 лет строгого режима назначить ему 11 лет со штрафом миллион рублей и лишением ордена. А поскольку этот срок истёк в результате действий защиты, затягивавшей процесс, то суд должен вынести частное определение в адрес адвокатов и потребовать их наказания.

Потерпевшие Людмила Афанасьева и Наталья Бондарук заявили суду, что Мхитарян с помощью угроз вымогал их имущество.
По трансляции из СИЗО Тельман Мхитарян заявил, что вместо доказательств в суд по-прежнему представляют слухи. И что Афанасьева, будто бы услышавшая от него слова «Будем стрелять!», трижды по-разному называла место, где они были произнесены. На этом Тельман Мхитарян попросил сделать перерыв в заседании, так как он слишком взволнован.

Интересно, что, по мнению обвинения, вымогать имущество Афанасьевой Мхитарян и Кравченко начали в день смерти её мужа, приехав к ней вместе с мэром Александром Корсуновым. Александр Владимирович будто бы сказал после этого своему водителю «Варвары!». Но каких-то мер, чтобы её защитить, получается, не предпринял. Обстоятельство это отражено в приговоре, и если он устоитстранно будет смотреться название проспекта Корсунова в Великом Новгороде. Не переименовать ли ещё две улицы?