Как эксперт Михайлов не стал уголовником и за это получил от государства 100 тысяч рублей

История новгородского эксперта Александра Михайлова отнюдь не из тех, о которых парадно рапортуют пресс-службы наших силовых структур. Она из тех, о которых умалчивают. И — понятно почему.

Но — по порядку. Гром над головой эксперта, оценщика, в прошлом — арбитражного управляющего Александра Михайлова грянул в начале 2017 года. В один из февральских дней из официального письма он узнал, что ещё 1 декабря 2016 года против него возбуждено уголовное дело по ст. 330 УК РФ — самоуправство.

Что есть предыстория?

Александр Михайлов рассказывает так:

– Мне ставилось в вину, что некий предприниматель Никита Ф., хранивший на приусадебном участке моего дома своё имущество, лишён возможности его забрать. Как это имущество (мебель) оказалось на моём участке? В принципе, обычная история. Дочери позвонил её знакомый — тот самый предприниматель Никита Ф. (занимается реализацией мебели) — и спросил, можно ли сделать, чтобы его имущество "полежало" у нас? Мы, на беду, согласились.

В работе полиции «дело Михайлова» находилось около полутора лет. И завершилась та многотрудная работа составлением обвинительного акта.

Для рассмотрения дела по существу его направили на один из участков мирового суда Новгородского судебного района.

Несмотря на возражения и доводы Михайлова, несмотря на то что к этому времени он по решению районного суда взыскал с предпринимателя сумму задолженности по договору о хранении имущества (около 5 тысяч рублей), суд вынес обвинительный приговор. В качестве наказания был назначен штраф: 20 тысяч рублей.

Александр Михайлов подал в Новгородский районный суд апелляционную жалобу.

В этой жалобе указывал на то, что считает приговор незаконным и необоснованным «ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона». Подчёркивал, что суд, установив наличие между ним и предпринимателем Ф. гражданско-правовых отношений по хранению имущества, «сделал неверный вывод о самовольном удержании имущества: спорное имущество находилось у него правомерно, на основании устного договора хранения — предприниматель Ф. по своей воле привез к нему имущество и длительное время пользовался услугами хранения, при этом уклонился от исполнения принятых на себя обязательств по оплате оказанных услуг и возмещения причиненных убытков».

Поскольку в данном случае, полагал Михайлов, имели место гражданско-правовые отношения, «спор о возврате имущества собственнику подлежал разрешению по правилам статей Гражданского кодекса РФ». Кроме того, Михайлов ссылался и на то, что у предпринимателя Ф. «отсутствовали какие-либо требования и претензии к нему по факту хранения имущества, в том числе и по его возврату, напротив, Ф. преследовал цель дальнейшего хранения вещей, так как не было другого помещения, при этом получение своего имущества обратно зависело только от его собственных волевых действий».

И ведь убедил!

Из апелляционного постановления Новгородского районного суда:

«Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обвинительный приговор в отношении Михайлова А.А. постановлен при наличии существенных нарушений ряда требований уголовно-процессуального закона».

Приговор был отменён, а дело направлено на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. Но, как часто это бывает, только начав рассматривать дело «по второму кругу», суд первой инстанции вернул его прокурору. Оттуда — в полицию.

Где в ходе дополнительного дознания были сделаны следующие выводы:

«Имущество в дом Михайлова А.А. было завезено самим Ф. для хранения по устной договоренности, каких-либо активных действий по изъятию имущества у Ф. Михайлов А.А. не совершал. Доказательств, подтверждающих существенность причиненного Ф. вреда не имеется, таким образом, существенность причиненного вреда не подтверждена, что является основным критерием для квалификации деяния по данной статье УК РФ».

(Будто изначально было что-то другое: нет, всё то же самое).

Итоговой точкой стало постановление о прекращении производства — в связи с отсутствием состава преступления.

Два года уголовного преследования Михайлова закончились «пшиком».

И он подал иск о компенсации морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием.

– Два года уголовного прессинга, — говорит теперь Александр Михайлов, — привели к тому, что организм не выдержал, мне было назначено шунтирование. Я был вынужден частично прекратить свою деятельность и бросить все силы на защиту от уголовного преследования.

Поскольку в таких случаях компенсация морального вреда, связанная с реабилитацией, назначается ныне практически «автоматом», сомнений в признании судом исковых требований Михайлова не было. Был лишь вопрос о сумме. Новгородский районный суд счёл удовлетворяющей требованиям разумности и справедливости сумму в 250 тысяч рублей.

Это решение, в свою очередь, было обжаловано в апелляционном порядке в Новгородский областной суд. И там размер компенсации снизили: до 100 тысяч рублей. Деньги взысканы с Казны РФ.

...Тем не менее вся эта история — ещё одна маленькая иллюстрация на вечную тему «Большие победы обычных людей». Бывает такое, но, к сожалению, редко.

Фото автора