Герман Садулаев:

Писатель Герман Садулаев о возвращении памятника Дзержинскому на Лубянку:

В целом, я «за» возвращение памятника Дзержинскому на Лубянскую площадь. Я был в числе подписантов этого письма. Я считаю, что нужно восстанавливать исторический облик столицы. И восстанавливать нашу историческую память, нашу советскую, российскую историческую память. Это великие деятели советской эпохи, они были не зря отмечены памятниками. Демонтаж их в 1991 году это было предательство советской эпохи, советских идеалов. Хорошо, если мы начнем возвращаться к советским идеалам.

Это продиктовано тем, что я коммунист, и Дзержинский — важная часть раннего советского периода. Несмотря на всю сложность этого периода, противоречивость, несмотря на трагичность ранних лет советской власти, да и вообще всего XX века, особенно первой его половины. Это была трагическая история для нашей страны. Но тем не менее, это была велика история, коммунистическая история, советская история. И мы, конечно, должны ее хранить.

Дзержинский — прекрасный символ. Он был человеком, который не запятнал себя коррупцией. Не запятнал себя какими-то сомнительными делами, связями, вещами. Что случалось с руководителями этого ведомства даже в позднюю советскую эпоху. Относить к нему все репрессии и трагические этапы советской власти, которые были после него, просто нелепо и глупо. А то, что он кого-то травмирует как символ… Кого-то травмирует Иван Грозный, кого-то травмирует Дзержинский, кого-то очень травмирует Ленин почему-то. Но это великие личности нашей исторической эпохи. Кого-то Наполеон травмирует так, что он кушать не может. Но тем не менее, его продолжают почитать и в Париже, и в Доме инвалидов до сих пор он.

Дзержинский — не символ террора, террора 37-го года или 53-го года. В то время Дзержинского уже не было. Я бы сейчас не стал предлагать поставить памятники Ягоде, Ежову или Берии. Там очень сложные личности были и в очень сложные периоды они возглавляли карательный аппарат. И я полагаю, что там были репрессии, и в том числе необоснованные репрессии. Но к Дзержинскому это не имеет никакого отношения.