Сергей Марков: «Путин вздохнул и сказал лично мне:

В рубрике «Серьезный разговор» без какого-либо четкого разделения присутствуют тем не менее две категории гостей. Первая – постоянные спикеры, они высказываются каждую неделю по актуальной повестке. Чаще всего в их роли выступают политологи и политики. Вторая – приглашенные участники. Как правило, это актеры, писатели, ученые – люди, с которыми мы говорим больше не о новостях, но о профессии.

Сергей Марков, к нашей великой гордости, входит в число постоянных гостей. И в этот раз мы обсудим с гуру политологии путинские «макароны по-флотски», ставшие мемом, телевидение про «красивую жизнь» и неприятные стороны российского феминизма.

 

«ВН»: – Сергей Александрович, начнем с непривычного для нас, как говаривал Умберто Эко, «великосветского адюльтера». Не совсем адюльтера на самом деле. Но в британской монаршей семье – скандал. Принц Гарри и Меган Маркл дали интервью, там наговорили о монаршей семье чего попало. Половина британцев осудила это интервью. Монархия британская – оплот традиций! Куда катится мир?

– На сегодня королевская семья не несет практически никаких политических функций. Они никак не участвуют в управлении страной, и фактически правительство никак перед ними не отчитывается. Премьер-министр только должен быть представлен королеве. И она никак не может повлиять при этом ни на какое решение. Поэтому все политические функции большой королевской семьи ликвидированы. У них есть две функции. Первая – общественная, то есть продвижение тех или иных общественных действий как нормы или порицание тех или иных действий как отклонения от нормы. И вторая – типа коммерческой. Дело в том, что большая королевская семья давно превратилась уже в объект шоу-бизнеса. Поэтому вот эти какие-нибудь свадьбы представителей королевской семьи привлекают огромное количество туристов, в средствах массовой информации показывают их. Тем самым происходит вклад в экономику. Они продают большое количество сувениров с королевской символикой, фотографиями, надписями. И тем самым тоже приносят доход. Поскольку в современном шоу-бизнесе главный принцип – это принцип селебрити. То есть принцип известности – независимо от того, чем ты известен. Но в этом смысле члены королевской семьи являются такими ультраселебрити. Хотя их известность заключается только в том, что вот они распиарены. Эта функция у них все больше выходит на первый план. Политическая функция полностью ликвидирована. Общественную они как инстанция некоего морального авторитета пытаются сохранить. Но их моральный авторитет оказался серьезно подорван скандалами. И как раз это интервью Гарри и его супруги свидетельствует о том, что моральный авторитет их подорван, и одновременно еще больше подрывает его. По сути дела их обвиняют в том, что они расисты. Это в условиях, когда в мире идет просто сумасшедшая борьба против проявлений расизма или даже квазирасизма, псевдорасизма.

«ВН»: – То есть в Великобритании кризис монархии?

– Нет, кризис монархии не вполне получается. Я бы сказал, что в современном мире легкий оттенок аморальности и извращенчества является очень популярным для масс зрителей и потребителей. Поэтому если выяснится, что в большой королевской семье кто-то еще практикует гомосексуализм или БДСМ, от этого их привлекательность как представителей селебрити и шоу-бизнеса не уменьшится, а даже, может быть, увеличится. Конфликт с американкой – для британцев, американцев это все очень интересно, красиво, все читают, смотрят. По поводу расизма – это всем интересно. Я бы сказал, это утверждение нового имиджа большой королевской семьи. Она эволюционировала от политической роли к общественной, а потом к роли участников шоу-бизнеса.

«ВН»: – Вернемся на родную землю. И мысленно вернемся в позавчера. 8 Марта, все поздравили женщин, подарили цветы, но… Была и борьба. Феминистки провели акции в Петербурге. Примерно сто человек участвовало. В общем-то девушки напомнили, с чего начинался праздник – с борьбы за права женщин. Сегодня что, по-вашему, символизирует эта дата?

– 8 Марта действительно начинался как такой социально-экономический праздник. Начинался с демонстраций за права женщин в Штатах, потом в Европу перекинулся. И на протяжении многих десятилетий оставался праздником за права женщин, за равную зарплату, за их право голоса. У них не было права голоса в Штатах, они не могли голосовать на выборах. Но эта программа оказалась полностью реализована. Поэтому праздник 8 Марта в странах Запада практически прекратили отмечать. Были небольшие маргинальные мероприятия для женщин-предпринимателей, что-нибудь такое. А в Советском Союзе этот праздник поменялся и приобрел совершенно другое звучание. Во-первых, в СССР женщины полностью были уравнены в социально-экономических правах с мужчинами. Никаких проблем не возникало. Более того, во всех областных, городских, верховном советах было строго сказано, что женщин должно быть не менее половины. И примерно их и была половина. Плюс даже в Советском Союзе возникло некое обратное движение. Потому что полное равенство женщин в профессии привело к тому, что работали женщины, например, на шпалоукладке, что было, конечно, не очень хорошо, чтобы женщина таскала шпалы. И поэтому в обществе возникла даже обратная тенденция к тому, что женщины, полностью равные в правах, – это хорошо, но нужно учитывать их особенности. И, в частности, был общественный запрос на то, чтобы у них декретный отпуск увеличился. И он постепенно увеличивался.

Но самое главное то, что в результате этот праздник резко трансформировался. Он из праздника равенства превратился в праздник различия. Потому что между мужчинами и женщинами есть различия. И необходимо, чтобы мужчины уважали эти специфические особенности женщин. В этой связи мужчины дарят цветы. И музыка специфическая женская, фильмы специфические женские в районе 8 Марта. И все настраиваются как-то уважать их любые капризы. И в этом качестве этот праздник сохранился. В Советском Союзе праздник 8 Марта в какой-то мере оказался прыжком, вернулся к тысячелетней прошлой традиции празднования богини-матери и богини молодой женщины, девушки. Дело в том, что традиционно во всех религиях, где политеизм был, всегда существовал, кроме культа главного бога-отца типа Зевса, главный культ богини-матери всего живущего. Это типа Геры в древнегреческой культуре. И второй культ был богини молодой – яркой женщины, символа весны и расцвета, это культ Афродиты древнегреческий. Такие культы были везде практически. И у нас, по сути дела, в таких нерелигиозных формах произошло празднование вот этих вот характеристик. 8 Марта мы празднуем прежде всего женскую силу, которая рождает все живущее на земле, и женскую цветущую молодую красоту, которая дарит надежду на возрождение.

Сейчас возникла новая тенденция в мире. Уничтожить эту разницу, уничтожить маскулинность. Представить маскулинность мужскую как зло. Это связано, скорее, не с прославлением женщин, а с прославлением асексуальности, прославлением ЛГБТ. И, по сути дела, это не митинги феминисток, а митинги феминисток-лесбиянок. То есть это не борьба за права женщин, которые в основном уравнены, хотя там есть проблемы. Это борьба за ликвидацию яркой сексуальности.

«ВН»: – Остается только единственный вопрос, как воспроизводиться человечеству, если эти светлые идеалы добра победят?

– Трудно сказать. С человечеством часто бывает так: что-то приходит, превращается в радикальную форму, а потом оказывается, что эти радикальные формы отрицаются, а что-то такое разумное в этом остается. Поэтому пугаться не надо. Я думаю, это нормально, если геи будут не скрываться, не бояться, что их побьют вдвшники, а просто будут нормально жить, и ничего страшного. Но плохо, если геям будут давать право усыновления. И окончательно такие вещи не победят, потому что сексуальность является одним из главных моторов человеческого существования. Уничтожить сексуальность, я думаю, им не удастся.

«ВН»: – О коррупции. По данным Генпрокуратуры, педагоги, полицейские и сотрудники ФСИН чаще других берут мелкие взятки. А по регионам лидеры Москва, Татарстан, Ставропольский край. Корректно ли составлять подобные рейтинги? И о чем они заставляют задуматься? Москва – самый коррумпированный регион.

– Это естественно. Москва – самый коррумпированный город. Просто потому, что здесь, во-первых, больше всего денег. Во-вторых, здесь в наибольшей степени утрачены традиционные ценности, а значит аморальное разложение в большей степени присутствует, чем в других городах. А в-третьих, здесь берут деньги не столько московские чиновники региональные, сколько федеральные. Берут деньги за продвижение каких-то там региональных интересов. Берут федеральные чиновники у федеральных бизнес-компаний. Поэтому Москва абсолютно доминирует. В Татарстане тоже очень много денег. Очень богатый регион. А что касается Ставрополья, там, я думаю, столкновения российского регулярного государства и экспансии кавказских кланов. Просто в Ставрополье кавказский уровень коррупции еще не считается нормальным, в то время как в кавказских республиках он значительно выше, но там он считается просто частью нормальной жизни, клановой такой. Эти рейтинги правильно нужно иногда составлять, хотя часто уровень коррупции трудно схватить, выявлять его по тому, сколько посадили.

Что касается профессионалов. Конечно, у силовиков больше всего уровень коррупции, поскольку сейчас одна из форм конкуренции – не с помощью качества и цены товара, а с помощью наезда на конкурента через силовиков. Что касается педагогов, мне кажется, что это искажение социологии, потому что педагоги берут, скорее, не взятки, а просто родители им доплачивают ту зарплату, которую не доплачивает государство. Педагоги просто должны получать, с моей точки зрения, в два-три раза больше, чем они получают. И все так считают. И поэтому происходят такие как бы доплаты. То же самое к врачам относится. Просто сейчас они находятся на линии фронта в связи с ковидом. Про них не говорят. Но в принципе врачам и учителям чаще не взятки дают, им дают доплаты ввиду того, что и недоплачивает государство.

«ВН»: – Такая благодарность?

– Да, благодарность.

«ВН»: – К слову, о доходах населения. Премьер-министр России Михаил Мишустин распорядился отслеживать цены на товары и услуги. Как вы отнеслись к этой новости? Не напоминает ли это Советский Союз? И не чревато ли это экономическими последствиями? Ведь все знают, что сдерживаешь цены на товары – будет дефицит.

– Нет. Прежде всего, премьер-министр Мишустин говорит о социально значимых товарах. Это товары типа яиц, растительного масла, сахара, хлеба. Вот такие, абсолютно массового потребления. И прежде всего, потребления небогатых людей. Макароны я сюда добавил бы. Там в чем суть? Во-первых, нужно сделать так, чтобы рыночная игра цен «не переигрывала», чтобы не было больших пиков и падений, чтобы не трясло этот рынок. Государство должно сглаживать это. Как сглаживать? Это очень хорошо отработано в мировых условиях, на примерах даже не десятков, а сотен, наверное, уже стран в разных ситуациях. Сглаживание подъемов и падений на те или иные группы товаров. То есть проще сказать – нужно, когда их много и цена упала, государству их немножко закупить в резерв. А когда их мало и цены пошли вверх, государство вкидывает такого рода товар. Другое дело, что яйца, например, не запасешь надолго. Но можно отчасти, какие-то консервы из желтков и белков. Таким образом это должно регулироваться. Это регулируется всеми странами: и Германией, и Италией, и Испанией, и Южной Кореей.

Теперь скажем, что цены не могут постоянно сдерживаться товарными интервенциями, если есть фундаментальная какая-то проблема, из-за которой растут цены. Это значит, что правительство должно стимулировать. Например, если у нас не хватает яиц и пошли выше цены на яйца, нужно, чтобы были птицефабрики, где эти яйца производят. Поэтому нужно, условно говоря, чтобы этим компаниям было выгодно строить птицефабрики. Нужно сесть с ними, сказать либо просто с ними договориться. Сказать: «Давайте так, 15-20 крупнейших компаний, каждая из вас строит по две новые птицефабрики в максимально короткие сроки, а мы договариваемся, чтобы вы в банках государственных получили кредиты под рыночные, но невысокие проценты». Заодно гарантировать, чтобы в регионах, где это будут строить, никакой коррупции не было. Чтобы в максимально краткие сроки все документы, которые требуются от региональных властей на построение птицефабрики, были сделаны и подписаны.

«ВН»: – Сергей Александрович, помните, недавно Путин выступал как раз по поводу продуктов. И разлетелось это видео, где он говорит, что у нас народ ест не болоньезе, а макароны по-флотски. И там показывали потом министров, которые говорили: «Да-да, я макароны по-флотски люблю». Не кажется ли вам это лицемерием? И что вообще происходит?! Я помню двухтысячные годы. Когда это вдруг болоньезе стали для нас признаком достатка? Куда мы катимся? Россия полностью поставила крест на среднем классе? И теперь мы все будем есть макароны по-флотски?

– Хм, значит макароны по-флотски и паста болоньезе – они друг от друга сильно не отличаются. И кстати сказать, по ценам тоже. Скорее отличаются тем, сколько в этих макаронах мяса. Макароны по-флотски – это чаще макароны с тушенкой. А болоньезе – это макароны с жареным фаршем, который совсем не дорогой, и добавлено немного сыра и томатной пасты. Там разница как бы непринципиальная. Другое дело, что Владимир Путин как политик должен позволять себе популизм. И правильно делает, что позволяет. Тем более речь идет о десятках миллионов человек, у которых уровень жизни повышается не тем, что они переходят с макарон по-флотски на пасту болоньезе, а тем, что мяса кладут больше.

«ВН»: – Я это понимаю. Популизм для политика – это профессиональный навык. Но если взглянуть за этот фасад популизма, неужели Владимиру Путину сейчас вот так видится его электорат, его избиратель?

– Его избиратель, как избиратель абсолютно любой, – это прежде всего те, кто едят, без сомнения, макароны по-флотски. Процент людей, которые едят пасту болоньезе, очень невысок. Другое дело, что это люди общественно очень активные, экономически активные. Их интересы тоже учитываются. И расширение среднего класса является одним из главных приоритетов для Владимира Путина. Но так сложилось, что средний класс – они такие жесткие бойцы, они сами могут защититься. А вот интересы тех, кто ест макароны по-флотски… Это бюджетники, это пенсионеры. Свои интересы они сами защитить зачастую не могут. Поэтому нужен президент, чтобы защищать их интересы. Президент должен подключаться. На пасту болоньезе могут более-менее рыночным образом регулироваться цены. А вот на макароны по-флотски – правительство уже должно подключаться.

«ВН»: – В этой ситуации единственное, что остается загадочным, это почему этим нашим любителям макарон по-флотски с утра до ночи по телевизору показывают красивую жизнь.

– Ха-ха. Это да. Это верно. Такое противоречие есть. Я вам скажу прямо, мне лично Владимир Путин… Я как-то в разговоре с Владимиром Путиным поднял этот вопрос. Говорю: «Послушайте, ну невозможно, какая аморалка идет по телеканалам». Он вздохнул и сказал мне, вот лично мне: «Сергей Александрович, да я знаю… Я куда ни приду, мне первый вопрос – это когда прекратят гнать аморалку по телевидению». Ну прижимать к стенке вопросами я Владимира Владимировича не стал. По понятным причинам. Но вопрос остался. Дело еще в том, что есть две ипостаси зрителей: гражданин и собственно зритель. Как граждане они требуют убрать аморалку, включая криминал, все вот эти вот скандалы и расследования. А как зрители они включают телевизор, когда там аморалка. Вот в чем проблема.