Поражения и победы русского мальчика из города Лондона

Удивительная история произошла несколько лет назад с Ярославом Якубчуком: обладая уникальным академическим диапазоном, он имел все основания для того, чтобы попробовать свои силы в шоу «Голос. Дети». Ярослав родился в Москве, но живет в Лондоне – там работают его родители. Он хотел поучаствовать именно в российском конкурсе, но увы, не прошел слепые прослушивания. Никто из наставников к нему не повернулся, его выступление даже не включили в эфир.

Парень не сдался и через год заставил обернуться всех судей на британском The Voice Kids! В обоих случаях он исполнял арию Nessum Dorma из оперы Пуччини «Турандот». На тот момент ему было 11 лет. В британском конкурсе Ярослав дошел до финала, незадолго до которого ему позвонили из России и пригласили на прослушивания. Участвовать в двух конкурсах одновременно мальчик не смог бы, поэтому предложение отклонил.

О том, как сейчас живет Ярослав, чем занимается, продолжает ли петь, закалила ли его эта история, меняется ли у него голос и как влияют на ребенка подобные шоу, «Ваши Новости» поговорили с мамой Ярослава, Ольгой Элланской. В итоге, побеседовали и о
детской мечте, и о мудрости взрослых. Не обошлось и без невольного сравнения.

– Ольга, по вашему мнению как подобные конкурсы влияют на детей?

– Дети любят соревноваться. Это их стимулирует. Они себя пробуют во всем. Никто не знает заранее, что выберет их ребенок со временем, поэтому конкурсы – это и стимул, и возможность попробовать свои силы. Если конкурс честный, то он может служить социальным лифтом – талантливого ребенка заметят и помогут развить его дар.

Но это не должно ложиться на плечи ребенка бременем, заставляющим отказаться от любого другого направления. Дети по мере роста могут находить в себе новые таланты и не должны становиться заложниками нечаянно проявленных качеств.

Не стоит слишком серьёзно относиться к таким детским шоу. Сами дети должны воспринимать это как игру, что в общем-то и происходит, если взрослые не накачивают их лишними ожиданиями.

– А чего ожидал Ярослав?

– Ярослав решил отправиться на шоу лишь для того, чтобы его увидели по телевизору! В детской логике это совершенно нормально и естественно. В буквальном смысле, шоу – это зрелище, и многие дети хотят себя показать и узнать, что о них потом скажут. Они совершенно не представляют (и слава богу), что означает миллионная аудитория, какая форма реакции возникнет у разных людей со своими мотивами и планами.

Поэтому, кстати, в британском шоу The Voice Kids предусмотрительно отключены комментарии в «Ютубе». Однако всё имеет двоякую форму. Есть грань, после которой здоровые начинания становятся чем-то иным. К детям нельзя относиться как к маленьким взрослым. Это касается и репертуара, и подковерных манипуляций в судействе. Эти два момента способны сильно изменить формат.

– Какие положительные и отрицательные моменты вы увидели?

– Мне нравится в «Голосе», что дети могут прийти с любым репертуаром: главное – петь. На стыке стилей рождается новое, дети видят разное, продолжают выбирать, расти и развиваться. Однако на российском конкурсе меня поразила непропорционально большая доля англоязычных номеров – какая-то фабрика вторичности. Мы были рады, что редактор выбрал из предложенных нами песен для слепых прослушиваний оперную арию на итальянском языке – было ощущение стремления к здоровому разнообразию по языку и жанру. Жаль, что впоследствии наставники отбраковали его номер именно как непригодный для данного конкурса жанр.

– Какое у вас сложилось впечатление относительно независимости жюри?

– Что касается судейства на всех этапах, то здесь не работает принцип «в меру» или «не в меру». Если хотя бы на каком-то этапе вмешивается «внутренняя договорённость», то это ломает весь конкурс полностью. Это ломает нормальные отношения между участниками, если это происходит на этапе, который видит телезритель, то это подрывает доверие ко всему, включая выступление и неангажированных исполнителей. Это на корню уничтожает радость от песни, от детей, убивает праздник.

В любой деловой сфере бывают конкурсы, так называемые тендеры, на право эксплуатации или строительства объекта и т. д. И порой они устраиваются под заранее назначенного победителя, кроме которого все прочие участники – лишь статисты. Считаю верхом цинизма проделывать подобное с детьми, которые к тому же съезжаются со всей огромной страны.

Такие конкурсы, как «Голос. Дети» – это праздник, игра и мотивация для многих детей и взрослых, если кроме блистательного Дмитрия Нагиева, суперпрофессионального оркестра «Фонограф» и бесконечного потока талантливых и смелых детей там также будет четкая организация процесса и адекватный менеджмент, осознающий свою огромную ответственность и уважающий всех участников и поклонников передачи.

– Эта история произошла несколько лет назад. А как сейчас живет сын, продолжает ли он заниматься вокалом?

– На момент участия Ярослава в российском «Голосе» ему было 10, а к британскому вокальному шоу ему исполнилось уже 11 лет. То есть около двух лет ушло на конкурсы. От кастинга до финала проходит иногда около 10 месяцев. Между российским и британским конкурсами он попробовал силы в маленьком британском проекте классических исполнителей. Это было желание получить должные рекомендации от профессионалов оперного пения после неудачи на нашем конкурсе. Он получил сертификат, второе место (первое заняла взрослая участница) и совет – петь то, что он любит, и выступать где угодно, если есть желание. Это было совершенно правильно – всем понятно, что надо ловить момент до ломки голоса, но не заморачиваться с большими планами.

– То есть отдавать себе отчет в том, что голос будет меняться?

– Специализация в столь раннем возрасте чревата большими разочарованиями, тем более для мальчика. Успех на британском шоу был очень вовремя – ведь после 12 лет никто не знает, когда начнется ломка. Конечно, хотелось побольше успеть записать, но сделать это качественно в Британии дорого – не зря для этого работают профессионалы. В Москве удалось сделать студийную запись двух арий – арию Царицы ночи и La donna e mobile. Вообще, для любого вида деятельности нужна атмосфера. Ярослав понял, что регистр, в котором ему удавалось петь, всё менее соответствует его увеличивающемуся росту и совершенно не встречает восторгов в среде сверстников, увлекающихся Моргенштерном и рэпом. Он продолжает петь на школьных праздниках, но занятия с учителем вокала, как раньше – четыре года подряд, пока прекратил. Зимой ему исполнилось 14 лет, и ломка в самом разгаре. Замечательно то, что самого его это ни капельки не волнует, в отличие от некоторых комментаторов в «Ютубе», «пророчащих» неизбежное и естественное явление. Параллельно с пением Ярик увлекался съёмками птиц, а сейчас плотно занялся дронами и самолетом. Монтирует красивые видео своих съёмок с дрона, задействуя очень интересную музыку.

– Столкновение с несправедливостью всегда болезненно, дети – не исключение. Как вам кажется, Ярослава закалила эта история? Он понимает, что так порой и устроена жизнь – мы не всегда получаем ожидаемое и иногда за него приходится побороться?

– Мне очень понравились кадры с российского шоу, где Ярослав выслушивает мнение Валерия Меладзе о его выступлении, что его не берут потому, что конкурс не оперный. Мы наблюдали это на большом экране в «родительской комнате» вместе с Нагиевым где-то рядом. Меня привели в восторг его сжатые губы и твёрдый взгляд. Вот такое и надо показывать на ТВ, разбавив чьи-то слезы радости или неудачи. Когда его совсем не показали у нас на ТВ, мне было жаль именно эту картинку. Англичане постарались ее достать, хотя якобы «всё было стерто», и включили в свой ролик, задействованный в трансляции. Это пошло в дело как этап пути Ярослава к ним. Ярослав довольно упорный мальчик, но лишь в том, что выбирает он сам, и, безусловно, жизненные уроки ему только на пользу!

– Как вы считаете, родители должны оберегать детей, защищать от столкновений с внешним миром, или наоборот, чем раньше ребенок начнет сталкиваться с реальностью, тем лучше?

– Родители должны дать детям право быть детьми. А регулировать риски от столкновения с внешним миром необходимо не вокруг самого ребенка, но за тысячи километров от него. Птенцы растут в гнезде. Для детей гнездо – это их страна. Вот этой реальностью и обязаны заниматься умные взрослые. Если в стране безопасно, то нам не надо контролировать каждый шаг и каждый «утюг» в виде телевизора или гаджета.

– Как вы сами оцениваете произошедшее? Что бы вы сказали родителям талантливых детей, что пожелали бы детям?

– Шестой сезон российского «Голоса» по времени вышел после британского, где участвовал Ярослав. Возможно, так совпало, но на проекте шестого сезона вдруг появились мальчики с оперным репертуаром. На ту же самую арию, что пел Ярослав на слепых в четвертом сезоне – Nessun Dorma – Меладзе говорил: «Какой прекрасный репертуар». Их голоса, услышанные всей страной, были оценены телезрителями по достоинству, что в итоге привело к скандалу на финальном этапе.

По-видимому, именно такую ситуацию постарались избежать во время четвертого сезона – поэтому Ярослава спрятали. Так что все было сделано не зря – тропа для настоящих талантов и для высокого стиля всё-таки проделана, а люди увидели, что, кроме балалайки, для них существует также и опера. А главное – дети могут, им свойственно петь высоко и чисто, и это самые обычные российские дети.

Когда Ярослав пробовал участвовать в российском проекте, то лично мне именно это было приятно – люди, мы можем! Подозреваю, что так может петь каждый десятый мальчишка, не подсаженный с пеленок на хриплые регистры по радио. Так что всем произошедшим мы полностью удовлетворены.

Родителям талантливых детей мне хотелось бы пожелать по возможности удалить телевизор и радио, чтобы не забивать мусором детские уши. При желании всё хорошее мы можем найти для них сами в интернете, на CD, в музыкальной школе (у нас 18 лет нет телевизора). Любым детям я пожелала бы попеть в хоре. Это – как физкультура и как умение говорить.

Дети и взрослые, будьте великодушны к своим «учителям» и не предавайте свою мечту!