Самая тайная медицина – новгородская… Зачем в пресс-службе администрации губернатора возродили цензуру? И почему этого даже не скрывают?

Первый повод, чтобы поудивляться новациям нового руководства пресс-службы администрации губернатора Новгородской области случился в январе. Тогда сотрудница нашего издания договорилась об интервью с руководителем одного из учреждений новгородской медицины. 

Нормальный естественный рабочий процесс. И тема важная, и руководитель была согласна рассказать всё. Так было многие лета… Однако в самый разгар процесса потенциальная интервьюируемая сообщила в редакцию, что просто так – не получается. Потому как, оказывается, теперь в порядок общения новгородских руководителей от медицины с журналистами введена новация: о любой попытке вербального контакта они должны информировать ни много ни мало, а Управление информационной политики (в миру – пресс-служба). И если оно добро даст – флаг в руки! А не даст – ни слова не дождётесь! 

Ситуация, мягко говоря, бредовая, коль за любым ответом медиков сначала надо обращаться в Дом советов.

Но поскольку просто так препятствие не обойдёшь, пришлось делать запрос клеркам пресс-службы. Был долгий странный диалог, в процессе которого, например, представительница пресс-службы ссылалась даже на то, что как раз сейчас у руководителей медицинских учреждений очень много отчётов, и «не до вас». 

Прямым текстом: «Сейчас у главных врачей много отчетов, поэтому возможности прийти к вам на интервью нет. Период такой». 

Нервов было потрачено много. В этом случае окончательный «одобрямс» был-таки получен, но «через кочки, через бугорочки» (в другом случае от января-месяца «одобрямс», кстати, не получен и по сию пору). 

Именно это, кажется, и называлось подзабытым уже словом из времён развитого социализма: бюрократия

А совсем недавно история повторилась. В этот раз потребовался лишь комментарий врача-специалиста. Сделать такой комментарий мог мой старый знакомый – дока именно в этой области, с которым раньше интервью было множество. 

Но в этот раз общаться врач отказался категорически, обронив что-то вроде того: «Меня же убьют!». 

«У кого рука поднимется?» - поинтересовался я. А он указал перстом вверх. «Они!». 

И сказал, что, да, по новым правилам, сначала надо написать заявку в Управление, там её рассмотрят, обдумают… И, как знать, может быть, спустя месяц-другой дадут ответ. Не обязательно положительный. 

Уж коль так рассуждает человек, который год назад не боялся ничего, ясно – дело серьёзное. 

Чтобы узнать, что это за «тайный приказ», напрочь перечёркивающий возможность простого человеческого контакта, я связался с самой главной нашей пресс-службой. 

Ответила девушка по имени Екатерина. 

– Екатерина, – спрашиваю, – а что это за указ, запрещающий отныне контакт руководителей медицинских учреждений с журналистами без одобрения «старших»? 

Екатерина подумала. А потом сообщила, что, да, есть такой, и он даже находится в открытом доступе. В открытом доступе тоже искала долго. Потом нашла и сказала, что называется он «Положением» о деятельности самого Управления информационной политики. 

– И там есть раздел: «Полномочия управления». Один из пунктов гласит, что Управление оказывает консультативную помощь работникам органов исполнительной власти по вопросам взаимодействия со средствами массовой информации, что, собственно, мы и делаем. И взаимодействие с территориальными органами власти, исполнительными органами, ну, и прочими по вопросам планирования, организации информационной политики. 

– Екатерина, – говорю, – но где же тут запрет руководителям больниц общаться с журналистами без согласования с Управлением? Он между строк, да? 

– Мы их курируем, мы с ними взаимодействуем, и всё сходится на нас. 

– Вы мне вот о чём лучше скажите: а руководители больниц, школ и пр. они дополнительно предупреждены о том, что если звонит журналист, его надо перво-наперво отправить в ваше Управление, да? 

– Да. 

– То есть, по сути, вы выполняете функции цензора, да? 

– Да! Да! 

– Замечательно! А когда это положение принято? 

– Новое положение принято 25 октября 2019 года. 

– Это уже при новом руководителе пресс-службы Николае Шестакове, да? 

– Да. 

Вот и всё стало ясно по части возведения ещё одной преграды для гласности. 

Преграды, не могущей не вызвать не только удивление, но и возмущение действиями нового руководства правительственной пресс-службы. 

Ибо… Да знакомо ли оно с азами Федерального закона «О средствах массовой информации», который предусматривает (ст. 38), что должностные лица обязаны предоставлять информацию представителю СМИ, будь запрос хоть в письменной, хоть в устной форме? 

Обязаны! При этом нигде в законе не говорится о том, что только с разрешения вышестоящего лица либо «курирующего» Управления! 

Это уже не закон, а интерпретация закона, выворачивающая его таким образом, чтобы самим было проще и удобнее. 

Все уважаемые руководители медицины – лица должностные! Совершеннолетние! Дееспособные! Могущие сами ответить за свои слова, без «одобрямс» дяденьки (тётеньки) из Управления, ничего не сведущего в делах врачебных! 

Согласен, с медициной в Новгородской области не очень. Свидетельством чему и нашумевшие забастовки врачей, и визит в нашу область представителей «Альянса врачей», пришедших к неутешительным итогам, и отставка бывшего министра здравоохранения Антонины Саволюк, и множество уголовных дел, возбуждённых в отношении представителей медицинского сообщества. Исправлять ситуацию надо. Но никак не путём ограничения доступа к информации! Такого даже при «жёстком» губернаторе Сергее Митине не было! 

А ведь можно дойти и до полного маразма, когда «уполномоченные» на диалог с прессой врачи будут ходить на интервью за ручку с тем же Николаем Шестаковым, и он будет бдить, когда врач речёт «правильные вещи» (путём утвердительного кивания головой), а когда – не очень (путём всем известного жеста «тс-с-с!»). 

И специально для сотрудницы пресс-службы по имени Екатерина. 

Ст. 3 ФЗ «О средствах массовой информации» прямо так и называется: «Недопустимость цензуры»

Мы же обращаемся ещё и в прокуратуру Новгородской области с просьбой проверить вышеупомянутое «Положение» на соответствие действующему российскому законодательству.